Особенно тем, кто хотел узнать "зачем" были взрывы в метро.
Сразу оговорюсь, что с моей "интуитивной" точкой зрения ЭТО расходится кардинально.
Но интуитивная, она на то и интуитивная, чтобы возникать при недостатке информации.
А.А. Венедиктову не доверять у меня пока поводов не было.
Полностью текст и звук тут: "Особое мнение А.А. Венедиктова 01.04.2010, 22.10"
Кому лень сходить по ссылке, можно и здесь почитать
читать дальше
О. БЫЧКОВА: Марина Королева в отпуске, и мы решили воспользоваться этой возможностью, чтобы обсудить то, что обсуждают сегодня все и везде, безусловно. Алексей Венедиктов главный редактор "Эхо Москвы" в прямом эфире "Эхо же Москвы". Мы будем говорить, разумеется, о том, что с нами происходит после эти террористических актов вначале в Москве, потом в Кизляре. Насколько я понимаю, в течение этих дней последних ты много обсуждал эту тему с разными людьми. И общался с самыми разными высокопоставленными, среднепоставленными, с теми, кто принимает решения, с теми, кто работает в поле, чтобы понять, что происходит. Что ты понял, поделись.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Ну, во-первых, у нас в эфире много очень разные люди говорили про это, не всегда искренне. Как выясняется из разговоров после эфира. Ну, они не могли этого делать. Значит, чего я понял: природа терроризма на территории РФ за последние 3-4 года изменилась. Она изменилась по очень показательным факторам. Даже я думаю, что даже там вдумчивые люди, которые по открытым источникам и не встречаются, как журналисты и главные редактора на всяких уровнях, могли бы сделать этот вывод. Первое и самое главное, судя по всему, изменились цели террористов. Ну, сейчас нас интересуют террористы, потому что если сравнить природу терактов в 90-х годах, в конце 90-х и даже там до середины 2005 года приблизительно, я потом объясню, в чем дата. Цель террористов было … терроризм – это же инструмент для чего? Для чего? Ну, там общие слова – запугать, посеять вражду…
О. БЫЧКОВА: Но, тем не менее, с определенной целью
А. ВЕНЕДИКТОВ: Да, всегда есть цель к инструменту, всегда есть цель. И цель была – отделение Кавказа или там одной из республик, двух республик, трех, не важно. Отделение энной территории от РФ, создание отдельного исламского государства, или просто отдельного государства, как хотите. И все требования, они требования были, террористов, вывести войска, заполучить договор, между прочим, с РФ, признать независимость. Ну, чистый сепаратизм. И терроризм был средством давления, преобладал захват заложников вне Кавказа. Т.е. на территории Кавказа были теракты, подрывы и взрывы и нападения в основном на военнослужащих тогда. А вне Кавказа, хотя на юге тоже такое было, была попытка захвата заложников с требованиями, и самый громкий – это, конечно, Нордост и Беслан. Но на самом деле там на юге были другие истории, менее известные и менее кровавые. Ну, можно вспомнить и Буденовск, между прочим, да.
О. БЫЧКОВА: Ну, там было на самом деле историй очень немало. Т.е. не все были громкие, но их было много.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Да, что мы имеем после 2005 года. Как изменилась природа.
О. БЫЧКОВА: Сейчас вообще не понятно.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Во-первых, то, что происходит за пределами Кавказа, я имею в виду теракты, мы сталкиваемся с этим терактом, в частности мы сталкиваемся со взрывом в метро, или взрывом самолетов в Домодедово без предъявления неких требований. Т.е. там можно говорить, как якобы сказал Доку Умаров, т.е. не якобы, а он сказал, что это месть. Но это просто ерунда. Потому что террористки-смертницы – это очень дорогой расходный материал. Извините за цинизм. Для того, чтобы подготовить, ну, как мне объясняют, разные люди из разных, скажем, организаций – это действительно очень трудоемкая работа. Она психологическая тяжелая работа, она логистически тяжелая работа. И это не просто там взять черную вдову, условно говоря, и сказать: хочешь отомстить, вот тебе пояс, иди, давай мы тебя довезем и все. И она идет вдруг ни с того, ни с сего, так не бывает. Поэтому просто отомстить, ну, в общем, на Кавказе каждую неделю точно, а точнее каждый день происходят сражения, где погибают люди, где соответственно остаются вдовы. И таких вдов очень много. И почему-то вот этого не происходит в массовом порядке. Чтобы вдовы себя взрывали, в массовом порядке не происходит, хотя вдов много. Это очень дорогой расходный материал, извините за цинизм. Поэтому просто месть за Асунджу, о чем говорил, абстрактная месть…
О. БЫЧКОВА: Это не проходит.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Этот кусок, конечно, есть, как пропагандистский, и может быть, даже не пропагандистский, потому что насколько я понимаю, установлены личности двух террористок смертниц. Я знаю, что некоторые ресурсы наши коллеги в интернете сообщают их имена, я не буду это делать, потому что мне намекнули, что это не точно, но то, что точно, это что они вдовы. Они реально вдовы погибших боевиков. Погибших людей в перестрелке с федеральными войсками. Вот эти две смертницы одной 20, другая постарше.
О. БЫЧКОВА: Одна постарше, другая помоложе, да. И обе из Дагестана.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Ну, вот, кстати, про Дагестан, я хочу сказать. Это первая история.
О. БЫЧКОВА: Ну, как сообщается.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Нет, родились в Дагестане, или жили в Дагестане. Давай сейчас не будем привязываться к территории. Я пытаюсь объяснить, что произошло. Итак, происходят взрывы, без требований. Если мы наложим это на то, что в 2007 году, Доку Умаров, знаешь ли ты это, упразднил Чеченскую республику. Вот он президент был Чеченской исламской республики, республики Ичкерия, так называемая, и он ее упразднил. Нет больше Чеченской республики Ичкерия. А есть Кавказский эмират. Понимаете, что произошло, произошла смена позиций…
О. БЫЧКОВА: Парадигмы.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Да, иными словами, мы видим, что речь не идет об отделении. Им уже не важно. Речь идет об изменении образа жизни на этой территории, скажем так. Т.е. мы строим, говорят они, совсем другое общество. В этом смысле это действительно очень похоже на то, что делают так называемая Аль-Каида, как сетевая организация, и здесь я верю нашим самым высоким правоохранителям о том, что они имеют контакты с другими террористическими организациями. Это же все сетевые организации. Это известно, собственно, когда Аль-Каида взрывала дома в Нью-Йорке, то она же ничего не требовала, Нет, мы Вам построим здесь. Вот вы испугались, а мы потом придем сюда в Нью-Йорк и построим там то общество, которое мы считаем справедливым. А Ваше общество несправедливое. Джихад, грубо говоря. Поэтому смена от сепаратизма к изменению всей сферы общества, жизнь общества, это сейчас, кажется, становится, не только мне так кажется, становится, т.е. другая причина требует других методов борьбы. Вот такой борьбы, с точки зрения людей – слепой. Почему в метро? Да, какая разница.
О. БЫЧКОВА: Можешь вернуться все-таки к этому тезису?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Возвращай,
О. БЫЧКОВА: Я не поняла, какая связь между сменой этой идеологией общей….
А. ВЕНЕДИКТОВ: Сепаратизм – это мы отделяемся и остаемся там и строим свое общество.
О. БЫЧКОВА: А мы что хотим теперь?
А. ВЕНЕДИКТОВ: А мы хотим вот это все, Вас мы хотим. Мы Вас так расшатаем. Я сейчас скажу, почему и как расшатаем. Мы Вас так расшатаем, что Вы все станете Кавказом. Не Кавказом, а эмиратом. Не будем говорить про Кавказ. Эмиратом. Ведь в чем супер задача таких вещей. И здесь мне просто некоторые люди, которые принимают решение. Они говорили, что это абсолютно точное попадание. Они хотят, чтобы в России и в других странах, где они взрывают, поднялась волна исламофобии. Они хотят внутри страны столкнуть граждан этой страны и тем ее ослабить. Не запугать, там, ой, мы будем бояться ехать в метро. Да, не езжайте в метро. А тем чтобы не мусульмане начали бить мусульман. Грубо говоря, они хотят, чтобы ответственность легла не на какой-то там джаамад, и не какую-то там Аль-Каиду, а на всех мусульман. Видят женщина в платке, она отвечает. Вот видишь горбоносого, черноволосого, он отвечает. Вот это должно поселить. Это очень сложная логистическая задача. Но эту задачу, ты будешь смеяться, в 2002 году лидеры Аль-Каиды обнародовали. Ее никто тогда не заметил, кроме узких специалистов. И ну смешно, - расшатать. Вот тогда казалось это смешно, что исламофобия начнет охватывать Америку. Более того, была принята специальная программа Штатах, о том, чтобы правительственная, бушевская, о том, чтобы гасить эту исламофобию в обществе. Начались массовые вещи, телепередачи, связанные с прелестями ислама, с тем, что это вот такая религия. И это обратная сторона, которая, наоборот, тоже подтягивает людей к исламу. Куда не кинь, всюду клин. Это придумали не так называемые дикие люди, это придумали точные логистики, которые хорошо изучают человеческую психологию, психологию человека, который привык к теплому сортиру. И который не хочет его лишиться. Городскому человеку, человеку постиндустриального общества, это не сиюминутное дело, это игра в долгую, это на самом деле война. И когда в 2001 году некоторые люди говорили, что началась война. Знаешь, что такое случилось 11 сентября? Да ничего не случилось. Ну, хорошо, случился очередной теракт. До этого встречался теракт в Оклахоме, взрывались посольства США в Малайзии. Нет, это было 22 июня 41 года. Вот это такое было 11 сентября для состояния мира, которое было накануне 22 июня. Условно говоря. И вот сейчас мы просто то же самое пришло, вот то же самое. Это просто очередная Курская битва или если угодно, очередная московская битва. Если хотите. Но это часть большой войны.
О. БЫЧКОВА: Т.е. это только один из эпизодов будет еще много других.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я сейчас вспоминаю, у нас забыли этот тезис, когда в 2001 году, Владимир Путин, будучи совсем юным политиком, и который еще проговаривался о том, в секретке, которое было, он рассказал нам тогда, и сначала главным редакторам на встрече, а потом и публично, что будет халифат, они хотят халифат, дай вспомнить от Малайзии, до Албании. Была такая фраза. И все: ха, ха, ха. И кстати, очень многие и спецслужбы, которые были при этом, тоже мне говорили: ха, ха, ха. Ну, это пропагандистские. Да, тогда это было ха, ха, ха. Но тут он попал. Точно попал. Правда сейчас почему-то все забыли про этот лозунг, и он сам почему-то забыл, потому что это требует привлечь союзников, тех, которых он не хочет привлекать.
О. БЫЧКОВА: Ну, или научился не проговариваться.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Или научился. Но факт остается фактом, что если упростить, то да, вот просто это такое, знаешь, иная глобализация. Это там темная сторона глобализации. Потому что те же приемы, мы их всюду видим. Ну, просто сейчас на себе почувствовали, не первый раз, но редко это у нас, слава Богу, бывает. Но то, что это лишь одна небольшая битва их войны, войны этих людей против нас, это факт.
О. БЫЧКОВА: Значит, США, когда это у них произошло, 11 сентября, они попыталась справиться, они справились?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Они не справились, конечно же. Т.е. я сейчас сказал неправильно, на самом деле правильно .Они, конечно, не справились, и конечно, совершенствуется щит, но совершенствуется и меч. И по очень большой случайности не взорвался самолет, который летел в Детройт из Амстердама. И я напомню, что пассажиры, значит, у этого сначала не сработало, у террориста. А потом пассажиры, которые привыкли жить в этой истории, причем не израильские пассажиры, которые готовы скрутить всегда всех, а это американцы какие-то, есть замечательные, Вы интернете найдете, там описание всей этой истории, они его скрутили. Могли не скрутить, могло сработать. Т.е. вот это вещество, которое проносили, оно очень такое неопределяемое. Оно новая система взрывчатки. Оно не определяется. Причем этот парень, он был в таком сером, черном списке. Его как-то пропустили в Амстердаме. Т.е. уберечься в этом смысле, с чем они справились. Первое, они создали некие технологии, которые позволяют минимизировать риски.
О. БЫЧКОВА: Американцам.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Американцам. Но это не все. Второе, они воспитали свое общество и продолжали. Это программа целая. Воспитание общества на то, как надо реагировать.
О. БЫЧКОВА: Не поддаваться на провокации.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Не участвовать в провокациях. Часть общества. Смотри, например, вот в России, ну, мы еще об этом, наверное, поговорим, очень много вот этих женщин шахидок. Их нет, их очень мало в других местах.
О. БЫЧКОВА: На Ближнем Востоке парни?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Мужики. От 19 до 22 лет в среднем, вот самоубийцы. Во всяком случае, я вот попросил статистику, ну, кто статистику ведет, американцы тебе не дадут, но ты посмотри хотя бы по открытым источникам. Я посмотрел за год Ирак, Афганистан. Про женщин. А у нас в России…
О. БЫЧКОВА: Ну, да, в Израиле какие-то, по-моему, были случаи, но единичные.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Конечно, это особая история, и здесь должна быть, я сейчас скажу страшную вещь, особая программа по работе с семьями погибших боевиков. И мой упрек нашей власти, нашей ли власти федеральной, местным ли властям в Совете Федерации, что да, погиб муж, у него осталась семья. Значит, сын за отца отвечает, а жена вдова отвечает, брат отвечает, отец отвечает. Что у нас сделано? У нас система семейной ответственности. Помнишь, тела не выдаются. И так далее. Помимо того что там реально существует на Кавказе,
О. БЫЧКОВА: Ну, там родственников берут тоже, там все, что угодно.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Берут заложников, да, и т.д. Таким образом, плодят, не плодят черных вдов. Даже убили в перестрелке. Сразу подумайте дальше, как сделать так, чтобы его 20-летняя черная вдова, можно ли так сделать, где Ваши старейшины, которые должны что-то ей предложить, кто-то не согласится. Но ведь кто-то согласится.
О. БЫЧКОВА: Не загоняйте совсем в угол.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Абсолютно. Я не знаю как, это должны заниматься специалисты, но люди аналитики, разрабатывающие сейчас по новой план защиты, они поймали эту позицию, что из-за того, что семьи боевиков становятся заложниками. А местные власти - ой, это семья боевика. Т.е. они становятся лишенцами, мы отсюда это не видим. Т.е они не объявляются лишенцами. Но милиция заходит в любой день, час ночи проверять, кто чего. Они плодят новых боевиков. И плодят вот этих вдов. Если это отдельная проблема с черными вдовами, значит, отдельно с ними нужно работать. Вот это то, над чем сейчас работают. Они сейчас это осознали.
О. БЫЧКОВА: Надо же понимать просто количество какое. Количество огромное. Можно вообще не отдавать себе отчета, в том какой это масштаб.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я тебе скажу, открытые данные. Полпред президента России в Южном округе Владимир Устинов сообщил, что за 11 месяцев 2009 года на юге России было совершено, внимание, 786 терактов.
О. БЫЧКОВА: Ничего себе.
А. ВЕНЕДИКТОВ: 786 говорит полпред.
О. БЫЧКОВА: Два штуки в день.
А. ВЕНЕДИКТОВ: А в 8м году 576. В 9м году 786. Количество погибших и раненных военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов, а так же гражданских лиц в 8м году составило 1263 человека. Т.е. жертвы терактов, включая военных. А теперь внимание. По официальным данным, в течение 8о года на Северном Кавказе было убито или задержано 546 боевиков. Так, внимание, 546. Это 8й год. За 9й год Нургалиев говорит – 700 боевиков. Бортников говорит, что на Северном Кавказе в 9м году задержано почти 800 боевиков и пособников. Ну, 700 боевиков и 100 пособников. Т.е совпадает, итак, 700 боевиков в год в 9й год, 700 убито, задержано. Сколько семей это затронуло. Это при том, что Кадыров говорит, что всего боевиков 50 человек. 700 боевиков в год. 700 терактов в год. Т.е. вот откуда надо начинать плясать. Сейчас хочу сказать, что правоохранительные органы вот это все знают, понимают, я бы сказал так, разделяют. Понимаешь, да? Т.е. проблема стала понятна, т.е. все это было. Но там не хотят слушать из-за политических каких-то вещей, не надо пугать, не надо объявлять, не надо цифр, не надо то, се. В конце концов, это официальные данные, которые уже были опубликованы, я взял официальные данные.
О. БЫЧКОВА: Столько лет не было ничего такого в Москве. Тоже расслабились.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вопрос Москвы конечно. Но я еще раз в 9м году на юге России 780 терактов, по словам полпреда. Друзья мои, да, два теракта в день. Это главная проблема что., конечно, техническими средствами там в каждом городе, все правильно, автовокзалы – важнейшая история. У нас автовокзалы что? Автовокзал на выход должен быть в Москве, как и в крупном городе, как аэропорт, через рамку выход. Например. Это все можно сделать, но самое главное, там где плодятся несчастные члены семей людей, членов незаконных вооруженных формирований. Я потом объясню, почему я не называю их бандитами.
О. БЫЧКОВА: Хорошо. Потом, это буквально через 3 минуты, краткого перерыва на новости, мы продолжим программу "Особе мнение" с Алексеем Ведениктовым.
НОВОСТИ
О. БЫЧКОВА: Мы продолжаем программу "Особое мнение", сегодня вместо программы Марины Королевой "Поехали" мы в эфире. Королева поехала немножко отдохнуть от нас. Мы продолжаем говорить о том, что изменилось в нашей жизни, что может измениться дальше после терактов последних дней в Москве и в Кизляре. Алексей Венедиктов, главный редактор "Эхо Москвы" со своими соображениями. Тут много вопросов у нас поступает, на сайте было много, и смсками тоже много приходит. Сергей, например, спрашивает: связываете ли Вы такое количество резонансных терактов за последнее время с активизацией Медведевым действий на Северном Кавказе
А. ВЕНЕДИКТОВ: Нет, не связываю. Они, вообще, на мой взгляд, и, по моему мнению, это не контрдействия, в этом проблема. Если бы было. Что-то Медведев сделал, и они на это отвечают. Что-то Кадыров сделал, и они на это отвечают, это легко просчитать. Заранее, даже еще до того, как сделал. Дело в том, что этот Кавказский эмират, который был признан террористической организацией, Верховным судом действительно запрещен, действительно у них инструмент – терроризм. Все правильно. Но дело в том, что за последние 3 года было убито, по-моему, 4 последовательно руководителей этого эмирата. Вот там Умаров назначает этого человека, его, значит, спецслужбы убивают. А он другого назначает. А его убивают. А он третьего назначает, а они его убивают. Кстати, может быть, одна из этих шахидок уничтоживших, она вдова последнего, или вернее предпоследнего руководителя эмирата, которого убили 31 декабря 2009 года. Сейчас назначен новый, мне имя не сказали естественно. Это просто длинная история, это просто длинная программа, длинный проект, еще раз повторяю, который писали люди, не которые сидят в лагерях в Чечне, или в Грузии.
О. БЫЧКОВА: В лагерях боевиков в смысле.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Да, это пишут люди, которые имеют возможность это писать. Еще раз обращаю Ваше внимание, что их планы, впервые они, видимо, по глупости проболтались, они в 2002 году после 11 сентября, чтобы объявить о своих планах, после этого они об этом не говорили. Это план захвата мира, грубо говоря.
О. БЫЧКОВА: Возвращаясь к нашему Северному Кавказу, Вадим резонный вопрос задает из Красного села: а подсчитали, сколько убито не боевиков в результате проведения спецопераций, это в то же самое количество вдов и семей.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вот сейчас скажу страшную, циничную вещь. Вот для той схемы, которую я сказал, это не важно. Вот вдова остается, семья остается, которой дальше надо как-то жить, и в этой схеме, Вадим, не важно, вдова она боевика, или человека, убитого по ошибке. Семья должна быть адоптирована обратно. Она не должна нести ответственности за то, что его посчитали боевиком, как при этом в Сунженском районе, или они попали под бомбежку, или там с ножевыми ранами. Весь вопрос в адаптации. Это особое общество. Здесь я абсолютно согласен с Максимом Шевченко, и не только с ним на самом деле, люди, которые занимаются Кавказом. Особое общество. И адаптация должна проходить по законам этого общества. Не ломая эти законы.
О. БЫЧКОВА: И инструментами и руками этого общества тоже. Членов этого общества.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Абсолютно.
О. БЫЧКОВА: Ну, ты веришь, что это может произойти?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Ну, это тоже длинная программа.
О. БЫЧКОВА: Потому что это означает, ладно, это длинная программа. Понятно, что она многолетняя и такая очень разносторонняя.
А. ВЕНЕДИКТОВ: И всех не адоптируешь.
О. БЫЧКОВА: Это означает поворот сознания. Потому что если до сих пор не учитываются гражданские потери во время всех контртеррористических операций на Кавказе.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Есть статистика, в том числе, и в правоохранительных органах. Но, к сожалению, логика, лес рубят, щепки летят…
О. БЫЧКОВА: Именно.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вот она в условиях сепаратизма, она была объяснима. Т.е. я не согласен, но она была объяснима, и там мы знаем, как Страсбургский суд присуждает компенсации в десятки тысяч евро. Но сейчас каждая такая история, когда уже не вопрос сепаратизма, на мой взгляд. Она порождает. Слушайте, никогда до конца ничего решить нельзя. Вот сейчас по разным оценкам около 30-40 женщин, которые проходят подготовку на шахидок. Если бы эта программа свела их к 10 бы, тогда бы…
О. БЫЧКОВА: Тогда вероятность терактов была бы в 3 раза меньше.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Ведь некоторые теракты, они не могли состояться, я напомню, что в той же самой Москве, помните, да, отказы. Это очень сложное дело. Отказывались. Боялись. Не срабатывало. Последний, в кафе она сидела в Макдональдс. Как ее Зарима. Не срабатывало. И чем их меньше, тем лучше для нас. Не надо число их множить.
О. БЫЧКОВА: Не надо создавать себе врагов. Понятно. Вот Полина пишет из Москвы: а теперь объясните, почему поворот к исламу, это так плохо. Вы же сами сейчас навязываете исламофобию.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Ну, Полина, Вы, видимо, меня не расслышали, или я был невнятен. Давайте я попытаюсь объяснить. Поворот к исламу не хорош и не плох. Это должно быть индивидуальное дело. Но это не должно происходить под угрозой теракта и террором и под угрозой изменения правил общества, которое существует уже 1000 лет.
О. БЫЧКОВА: Т.е. ислам исламом, а террористы террористами.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Это не вопрос ислама. Таким же самым образом я могу сказать, что под угрозой там террора нельзя переходить в христианство, в иудейство, в буддизм, протестантизм, куда хотите. Это все равно вызовет обратную реакцию и вызовет контртеррор. Я говорил о другом. Я говорил о том, что эти вещи, эти теракты, направлены на то, чтобы посеять в Вас, если Вы мусульманка, ко мне недоверие. Во мне к Вам страх и недоверие, мы не должны, наши дети не должны встречаться. Ну, и т.д. Это надо преодолевать и в себе, но надо помнить, что и государство должно над этим работать. И государство. И поэтому я когда я смотрю это самое решение по преподаванию основ религии в школе. Вот сегодня Медведев сказал: не надо разделять. Не надо этот закон было подписывать об эксперименте. Не надо было, Дмитрий Анатольевич, подписывать этот закон об эксперименте. Потому что те цифры, которые мы получили, мы получили разные России. Причем совсем разные. Не Россия там чем-то... Разные. Потому что, условно говоря, центральные области без Москвы 65%, 55-60 выбрали основы православной религии, а в Чечне из 20 000, там 794 – 73 школьника, 73 из 21 000 выбрали основые православной религии. И остальные все основы ислама. Это другая история, это другая Россия, на мой взгляд.
О. БЫЧКОВА: Т.е. не надо было создавать провоцирующую ситуацию.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Да, конечно. Они не будут знать, почему такие праздники у их соседей. Они не будут знать, почему женщины ходят, должны ходить, закрыв запястья, например. А я считаю, что мы должны знать и не смяться над этим. Чего смеяться над этим. Это же школьники, 4-классники. Это же 10-летки. Вот что разделяет. Не надо было этого делать.
О. БЫЧКОВА: И что делать тогда?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Работать. Я отвечу тебе, как президент, работать.
О. БЫЧКОВА: Если нет позитивных примеров…
А. ВЕНЕДИКТОВ: Есть позитивные примеры.
О. БЫЧКОВА: Если не понятно, как это должно все строиться.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Есть позитивные примеры, есть попытки адаптации. Я могу сказать, что с одной стороны… Чуть назад. Там же на одну вещь накладывается еще межклановая война с применением тех же способов, которые применяют вот эти условные алькаидовцы, наши алькаидовцы российские. Происходит такая смесь. Там кланы борются, взрывают, стреляют в милиционеров, взрывают друг друга. Дербент возьмите, что происходило в Дербенте во время выборов. Самая яркая картинка. И это все накладывается и из-за этого происходит смешение. Это что ,теракт этих самых алькаидовцев, или это просто эти решили отомстить этим, чтобы занять их место. Потому что эти сели здесь на финансовые потоки, как разобраться в этом. Потому что одно накладывается, а другое. И мы знаем, например, что пришел новый президент Ингушетии, первое, что он сделал, начал программу попыток примирения. Она пока не очень удачная, но, тем не менее, я знаю, мне сказали. Я не знаю, мне сказали причем сказали здесь в центре. Есть масса случаев, когда он интегрировал родственников погибших в систему социального обеспечения. Ну, понимаешь, в правоохранительные же органы. Чем вызвал отпор от других. Слушайте, я с ними воевал с этими, почему. Там стреляют милиционеров. "Невский экспресс", предъявлено обвинение, по-моему, 11 жители Ингушетии. Слушайте, откуда они столько там взяли. Почему эти там? И это действительно жест отчаяния, это длинный процесс. Я могу сказать, что в Ингушетии это делается. Эта интеграция делается. Более того я тебе скажу, когда Ахмад Кадыров стал президентом, папа, он начал этот процесс. Сейчас Кадыровская гвардия, говорят, на 70% состоит из бывших боевиков. Это люди, которые вышли из леса. Да, они интегрировались в чеченскую республику, российскую чеченскую республику. Весь вопрос в том, что будет, если не дай Бог, Кадыров рассорится с центром по каким-то причинам.
О. БЫЧКОВА: Т.е. весы закачаются в другую сторону.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Т.е. они не интегрировались в российскую историю. Они интегрировались в Чеченскую российскую республику. Но это шаг. Они могли сидеть лесу. А их очень много. На самом деле эта чеченизация сначала конфликта, а затем, до определенной степени было правильным. Затем, на мой взгляд, она себя исчерпала, на взгляд некоторых наших московских товарищей. Надо выстраивать новые схемы. А они не выстраиваются, потому что Рамзан – столп и опора, огнем и мечем.
О. БЫЧКОВА: Очень многие спрашивают о грузинском следе в терактах. Ну, буквально Шалм из России на сайт прислал. Каковы цели подобных вбросов?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Подождите, давайте, на с что интересует, цели подобных вбросов? Или реальная история? Цели подобных вбросов – политика. Любые вбросы, которые заявляются политиками или людьми, принадлежащими правоохранительным органам, во-первых, это для правоохранителей – это снять с себя ответственность, мы ничего не можем там за границей. Мы же не можем там проводить спецоперации, не виноваты мы, Дмитрий Анатольевич, Владимир Владимирович, они же оттуда приходят. Но посмотрите. Это первая история. Для политиков это понятно. Вот есть враг Грузия. Если бы завтра пришел грузинский президент пророссийский, так же как пришел пророссийский Янукович условный, хорошо, что уже пришел Янукович, а то был бы украинский след. Или эстонский. То тогда бы этого разговора не было бы, поверьте мне. Но самое главное другое. Я думаю, что в этом есть логика. Сейчас объясню, какая. На границе с Грузией находятся лагеря, на российской территории. Это правда. Значит, огромное число их родственников живет в Панкисском ущелье. И это тоже правда. Грузинские спецслужбы работают и с родственниками, и я думаю, что они инфильтровались в боевики. И это тоже правда. Но странный вопрос, а что российские этого не делают. Российские спецслужбы не инфильтрованы в боевые отряды. Не проводят там контактные вещи для того, чтобы выведать план? Конечно, проводят. Или они не профессионалы? Я думаю, что, конечно же, если говорить о правительстве Саакашвили, конечно же, это не так. Ну, хотя бы потому, что на границе Грузии с Россией постоянно циркулирует, я хотел бы напомнить, европейские полицейские. Вообще-то, если вы вспомните, там европейские полицейские на границе Грузии и России.
О. БЫЧКОВА: Да, ладно, скажут тебе, этих европейских полицейских на хромой козе.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Сказать можно все, что угодно. Во-вторых, для Саакашвили дестабилизация на собственной территории – это просто не нужно. У него с одной стороны, оппозиция, сейчас выборы в мае местные. Просто не нужно. Но то, что грузинские спецслужбы внимательно следят за боевиками, и возможно у них внутри есть информаторы , скорей всего, есть, особенно из местных жителей, не сомневаюсь нисколько. Иначе это не профессиональные люди. Ну, а как этот факт используют разные политики для своих внутриполитических целей и в Грузии и в России, ну, на здоровье. Это вопрос Вашей веры. Вы знаете, вера не нуждается в доказательствах. Если Вы верите, что там боевики, которых подкармливает режим кровавый, огромный Саакашвили, ну, и верьте на здоровье, я не собираюсь никого разубеждать. Просто не логично, на мой взгляд, невозможно, поэтому я их не учитываю, эту территорию в своих раскладах.
О. БЫЧКОВА: Ну, вот Алик прав, пишет смской: не взорвали бы Москву, о Кизляре не сказали бы. Подумаешь, мочат чурок.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Нет, не так, Алик, Вы меня извините, это не так, потому что…
О. БЫЧКОВА: Как не так. Сколько лет там происходит.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Нет, ну, мы говорим об этом, это неправда. Другое дело, что попытки связать эти два теракта связаны с тем, что скорей всего, повторяю, эти шахидки приехали из Кизляра на автобусе. И поэтому есть чисто внешняя связь. Но и по тому, как сделан этот теракт, один, второй, и по тому, что взрывали, тут людей в метро, а там он мчался к зданию МВД ФСБ, и там туда вошел в эту толпу человек в милицейской форме и взорвал себя, второй взрыв, совсем другая схема. Ну, просто совсем другая. Ну, там же понятно, там взрывали это. А здесь просто в метро работяг. Но связывает это Кизляр. Возможно, готовили одни и те же, но цели разные.
О. БЫЧКОВА: Необходимо срочно договариваться с Грузией, пишет Гоша, совершенно верно. С кем еще надо договариваться?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Со всеми надо договариваться. Я должен сказать, что на мое удивление. Я тут провел свое маленькое, не скажу, расследование, скажу - исследование. Просто пошел быстро по кругу, вот эти два дня. Знаешь, наши контакты со спецслужбами разных стран гораздо высшего уровня, чем нам кажется. Вот есть политические заявления, мы готовы помогать, все уже помогают. Там где было осознано, что это общая война, там очень тесные контакты. Очень тесные контакты. И конечно, нравится нам режим Саакашвили, Алиева, Саргсяна, Туркменбаши и т.д., не нравится, слушайте, это общий регион. Можете даже не поддерживать дипломатических отношений. Да, я понимаю про уровень доверия, но спецслужбы по борьбе с террористической опасностью должны работать. И такое бывало в истории .Дипломатических отношений нет, а спецслужбы работают.
О. БЫЧКОВА: Втихую.
А. ВЕНЕДИКТОВ: И не надо об этом громко кричать.
О. БЫЧКОВА: Евкуров с примирением идет стопами и Наджибуллы в Афгане, пишет Лев. Чем кончилась политика примирения, пришли талибы. Они так дойдут до Москвы.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Совсем не так, Лев, ну, мы хотя бы историю Афганистана, даже я повторяю, по открытым источникам почитайте. Наджибулла держался на российских, советских штыках, когда они ушли, его свергли. Ингушетия – это часть РФ. Вот и все. И насколько я сегодня представляю, уровень доверия к Евкурову огромен. Пока. У него огромный капитал. Пока. И Вы, наверное, знаете, что одной из главных его вещей примирения, что он там имел контакты и с Аушевым и с Гуцериевым, с теми, кого федеральная власть сильно не любит, но которые имеют крупные кланы там. Он над этим работает, но пока примирить не удается, потому что вот там убивают милиционеров в Ингушетии. Это правда, там действительно клановые войны еще со времен Зязикова.
О. БЫЧКОВА: Серж пишет: почему не терактов на Украине, в Белоруссии и в Прибалтике? Неувязочка. Это контрдействия. Еще один вопрос с вязи с этим возникает. Спрошу сейчас.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Отвечу. Вы же понимаете, что эти теракты, на кого, поверьте мне на одну секунду, и представьте, что я прав, Серж. И вот в Прибалтике, условно, не дай Бог, говоря, теракт. На какое мусульманское население будут натравливаться латыши, литовцы? Нет там никого. Там бессмысленно возрождать исламофобию, представьте себе, историю с Данией, помните, где с карикатурами. Там много мусульман, там нет терактов. Там только нападение на художника, потому что там общество по-другому реагирует, хотя я не исключаю, что там, где крупные мусульманские… Франция – были. Англия - были. Там где крупные мусульманские общины. Это просто натравить две общины… Ну, не две общины, конечно, вы понимаете, что я имею в виду, натравить, сделать, чтобы соседи друг на друга косились. Чтобы возникали драки в школах, чтобы люди там начинали и т.д.
О. БЫЧКОВА: Ситуация выглядит безнадежной, потому что смотри…
А. ВЕНЕДИКТОВ: Первое, надо осознать угрозу, правильно.
О. БЫЧКОВА: Разумеется, конечно, но дальше надо же какие-то действия совершать. Значит, американцы, ты говоришь, пытаются, справляются неблестяще. У европейцев мы вообще видим, там очень много всего сложного, по-разному происходит. Но при том надо понимать, что какие бы ни были большие общины мусульманские, на территории европейских государств, например это совсем не то же самое, что иметь субъект федерации в виде нескольких республик на Северном Кавказе. Т.е. наша ситуация она отличается в более сложную сторону.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Конечно, слабое звено.
О. БЫЧКОВА: Два, и при этом мы отстаем. Мы идем на полшага, или на 5 шагов сзади.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я должен сказать, что, наверняка, эти идеологи, которые не в России живут, идеологи этого эмирата, они это все понимают, не идиоты, чай Гарварды кончали. И МГУ. Так вот я просто что хочу сказать. Недавно, уже после взрывов, позавчера. Сегодня 2е, позавчера. Одному нашему руководителю принесли некий план действий. Положили ему. Он сказал. Это все хорошо. Я подпишу, деньги будут выделены. Ребята, это 20 век. То, что Вы мне предлагаете, я все сделаю, подпишу, финансирование пойдет. По безопасности. Но это в ответ на угрозы 20го века.
О. БЫЧКОВА: Прошлогодний снег.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Нет, нет, он на каком-то уровне, Оль. На самом-то деле эти ушли вперед. Террористы ушли вперед. Вот эти эмиратцы, извини, я бы так их назвал. Вперед, ребята, мы должны быть на шаг впереди их, а не на шаг сзади их. Мы все время реагируем, и это на самом деле не только у нас. Я уже говорил, по-моему, об этом никто не писал почти, никто не читал почти. Т.е. главная проблема олимпиады в Ванкувере, было проведено несколько совещаний спецслужб Канады, Великобритании, и США. Это безопасность олимпиады. Вот я хотел, я думал, что Виталий Леонтьевич придет Мутко, ну вот он придет, я надеюсь, в понедельник, 5го ил и12го, как получится у нас, апреля. Наверное, 12го, потому что я 12го вернусь. Я хотел бы спросить, как это чувствовалось. Понимаешь, это мы просто не верим, потому что спецслужбы должны работать закрытые, они и должны так работать. И смотри, в Ванкувере, ничего. Мы не знаем. Т.е. мы не знаем ничего. Но соревнования прошли, толпы народа. Никто не пострадал от теракта. Попыток не было. А может, были, мы не наем. Но это и есть эффективная работа, потому что они предупредили, они заранее все это сделали, они специальные материалы использовали для неких строительных. Прямо в материалы, я уж не буду говорить, рассказывали мне, прямо в материалы кое-что технически вмонтировали. А вот так вот. Ну, новые здания, мало ли такой пластик, сякой пластик, такой металл, сякой металл. Пусть будет, кто понимает.
О. БЫЧКОВА: Гера возвращается к вечному вопросу. Может быть проще отделиться от Чечни. Дать им независимость, деньги сэкономим. Жизни спасем.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Ничего не меняет. Они не хотят уже. Это не решает ничего. Они не в Чечне я пытаюсь это объяснить. Они вообще не на Кавказе.
О. БЫЧКОВА: Забор поставить, никого не пускать.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Ну, да, а что делать с семьями, которые здесь живут, уже с этой стороны забора? Нет, это тоже 20 век. Т.е. какую-то эффективность даст, ну, так говорят специалисты, на какое-то время, а потом придется передумывать все заново. И я тебе хочу сказать в конце, что я не почувствовал у людей, которые занимаются этим действительно профессионально и кладут на это жизнь, а не занимаются там пиаром, я не почувствовал там отчаяния, или безнадеги. Знаешь, для них это вызов профессиональный, я имею виду не только спецслужбистов, но и политиков. Для них это вызов, который часть из них готовы принять, т.е. на мой взгляд, они понимают уровень проблемы. Что это не проблема России. Не проблема российского руководства, это не проблема Кавказка, это проблема цивилизации, как ни странно, когда тебе полковник, который всю жизнь, говорит, слушай, это проблема цивилизации, ты понимаешь, что полковник понимает, что нельзя только поставить рамку и пропускать через нее людей. Это обнадеживает. Но, конечно, он говорит - никаких гарантий, сейчас даже на стадионах запрещены там файеры, там в некоторых. Они поносят болельщики, то, что нельзя обнаружить, в носках.
О. БЫЧКОВА: А то мы не знаем, как что проносят.
А. ВЕНЕДИКТОВ: И надо ставить новый уловитель.
О. БЫЧКОВА: Т.е. техническими только средствами эта проблема не решается.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Это вообще уже не решается ничего. Не решается.
О. БЫЧКОВА: Вадим пишет: после терактов ни Буш, ни Блэр, ни Сапатер не призывали мочить в сортирах, но призывали нацию к сплочению, зато у ни теракты прекратились.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я Вам скажу так. Вот то, что там наши лидеры заявили про "мочить "- это политика. И то, что Вы говорите, это тоже политика, т.е. это не безопасность. Можно поговорить о политике. Кстати, напомню Вам, что господин Оснар потерял свое место, как премьер, исходя из того, что он неверно в политике использовал этот теракт. Его партию не избрали, и пришел другой, Сапатера тот самый.
О. БЫЧКОВА: Указал не на тех террористов после взрывов на вокзале.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Да, а Блэр сейчас стоит и оправдывается, кстати, я напомню Вам, что сделали с полицией за то, что английской, как их отмочили, включая, кстати, и премьер министра, что они застрелили этого несчастного бразильца. А знаете, почему застрелили? У них видеонаблюдение, это непросто видеонаблюдение. У них подозрительные некие вещи высвечиваются желтым или оранжевым и раздается сигнал. Вот у этого парня у бразильца, видимо, что-то было там в плаще, на кармане, следы каких-нибудь химикатов, может быть, он там, которые вызвали, и тогда уже полиция пошла. Понимаешь, уровень техники повышает уровень ошибки. И там власти просто всех снесли, как Вы помните. Так что я бы не стал говорить про Сапатера, про Блэра, про Буша. Политики несут ответственность за неправильные принятые решения, кстати, за правильные принятые решения, хотя, конечно, эта риторика, на мой взгляд, она просто сбивает. Риторика, та, которую применил Дмитрий Анатольевич, она сбивает с толку, боюсь, и правоохранительные органы, потому что они берут под козырек. Давайте искать связать между… Зачем связь, вы найдите людей, которые это готовили. Не связь надо искать, а людей, которые готовили.
О. БЫЧКОВА: Понятно. Ну, все, время кончилось у нас.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Так всегда бывает.
О. БЫЧКОВА: Так оно обычно и бывает.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Так оно и бывает.
О. БЫЧКОВА: Спасибо большое за соображения, спасибо всем, кто писал нам тут вопросы в больших количествах. Выход из ситуации, мы ответили Дмитрию Максимову. Остальные попытались ответить, но не на все. В следующий раз, может быть, когда-нибудь. Спасибо большое, это была программа "Особое мнение".
Очень рекомендую
Особенно тем, кто хотел узнать "зачем" были взрывы в метро.
Сразу оговорюсь, что с моей "интуитивной" точкой зрения ЭТО расходится кардинально.
Но интуитивная, она на то и интуитивная, чтобы возникать при недостатке информации.
А.А. Венедиктову не доверять у меня пока поводов не было.
Полностью текст и звук тут: "Особое мнение А.А. Венедиктова 01.04.2010, 22.10"
Кому лень сходить по ссылке, можно и здесь почитать
читать дальше
Сразу оговорюсь, что с моей "интуитивной" точкой зрения ЭТО расходится кардинально.
Но интуитивная, она на то и интуитивная, чтобы возникать при недостатке информации.
А.А. Венедиктову не доверять у меня пока поводов не было.
Полностью текст и звук тут: "Особое мнение А.А. Венедиктова 01.04.2010, 22.10"
Кому лень сходить по ссылке, можно и здесь почитать
читать дальше